Главная
Новости
Звук
Впечатления
Ссылки
Гостевая книга
О сайте


Интернет-магазин "Озон"

Никогда не спрашиваю , кто сверху в постели

Полгода назад на канале НТВ появилась новая программа для полуночников "Ночные музы". Ее ведущая Нателла Болтянская задает гостям вопросы о любви, а они - как это ни странно - отвечают. Заставить человека говорить о самом сокровенном - высший пилотаж интервьюера, и политический журналист Нателла Болтянская, до этого 12 лет проработавшая на "Эхо Москвы", по сей день демонстрирует его зрителям НТВ.

- Нателла, вы говорите с людьми о чувствах. Как удается их разговорить?

- Конечно, это безумно сложно. Рассчитывать на то, что ты задаешь человеку достаточно интимный вопрос, и он сразу тебе все о себе расскажет, нельзя. Но даже по тому, как человек уходит от ответа, многое можно сказать о том, как он мыслит, чувствует, как он себя позиционирует. Более того, за полгода существования программы я, пожалуй, не припомню человека, который на прямо поставленный вопрос тут же выдал бы прямой ответ.

- С кем из ваших собеседников вам было сложнее всего работать?

- С главным редактором "Эха Москвы" Алексеем Венедиктовым. Просто потому, что он все мои фенечки очень хорошо знает. Любое интервью - это некий поединок, причем к человеку можно относиться со всей любовью, с самыми теплыми, нежными чувствами, но интервью - это борьба. И когда твой противник на твоем поле умеет больше, чем ты, это, конечно, трудно.

- А неприятные впечатления кто-нибудь оставил?

- Были люди, которые просто не давали подобраться к себе близко. Были люди, которые на вопрос о чем-то личном, тут же подбирали пример из собственной профессиональной жизни. Но людей, которые оставили какое-то негативное впечатление, пожалуй, не было. Конечно, у меня, как и у каждого человека, есть свои симпатии и антипатии, но пригласить на интервью человека, который заведомо тебе неприятен, это особый риск. Этому должно быть очень четкое обоснование - профессиональное, журналистское. Если человек не вызывает у тебя симпатии, значит, он тебе неинтересен. Если он тебе неинтересен тем, что он делает, значит, он неинтересен тебе и тем, какой он в жизни.

- Обязательно ли это? Человек может быть неприятен, но интересен.

- Если вы человека не любите, где-то это всплывет. Есть люди, чьи поступки могут вызвать какое-то неоднозначное отношение, есть такие, которые позволяют себе поведение, не кажущееся мне верхом хорошего тона. Но вот жесткой антипатии.. Ну, слава Богу, Гитлера и Сталина нет в живых. Хотя… Недавно в нашей передаче снималась актриса Евгения Добровольская. «Ночные музы» идут уже полгода, и в основном беседа в кадре идет именно о личном, мы стараемся не трогать профессиональное. Насколько мне известно, Добровольская была предупреждена об этом. И вдруг в нашей гримерке появляется мрачная особа, не идущая ни на какой контакт, отвечающая на все вопросы сквозь зубы «Да» и «Нет»…Просто Зоя Космодемьянская в фашистском плену. Ну, ладно, не хочется Добровольской говорить со мной до команды «Мотор», вдруг я ей активно не симпатична. Но в кадре - закон простой: чем больше собеседник демонстрирует желание забыть собственные, когда-то сказанные слова, тем больше я ему о них напоминаю. В общем, все 26 минут в студии я читала жгучую ненависть к себе в глазах у актрисы Добровольской. Впрочем, может быть, я ошибаюсь, передача еще не вышла в эфир. А, выйдя из кадра, Евгения Владимировна подбежала к Александру Самойленко, которого гримировали к следующей съемке, и буквально прокричала ему: УХОДИ ОТСЮДА НЕМЕДЛЕННО! ЭТО ВСЕ УЖАСНО!!! Все это грустно и странно, тем более, что печатные интервью Евгении Владимировны мне показались весьма и весьма интересными…Но такое, к счастью, было только один раз

- От вас зависит выбор гостей?

- Выбор гостей - это коллегиальное дело, этакая групповуха. Но я сама должна быть заинтересована в общении с человеком.

- Кого легче спрашивать о любви: женщину или мужчину?

- С одной стороны, с мужчиной легче просто по определению. С другой, среди моих собеседниц были совершенно невероятная Любовь Казарновская, потрясающая Лариса Васильева и многие другие. С женщиной ты как бы играешь на одном поле. Впрочем, и с теми, и с другими есть трудности, которые приходится преодолевать. Я ведь еще не в том возрасте, когда женщина превращается для мужчины в жилетку для рыданий.

- Как ваше общение с гостями влияет на дальнейшие отношения с человеком?

- Пока не было ситуации, чтобы человек, уходил, прервав съемку, и хлопнув дверью.

- Какие вопросы о любви вы не станете задавать?

- Кто сверху.. Мне кажется, вопросы касаемо того, что происходит в спальне по части техники, задавать не совсем этично. Это имеет право на существование, если человек готов об этом говорить. К примеру, была программа с Надеждой Георгиевной Бабкиной. Она откровенно иронизировала, когда рассказывала про весьма эротичную позу, в которой она моет пол. И уж как было ей не задать вопрос, для чего, собственно, она это делает: для того, чтобы показать свою фигуру во всей красе или все-таки для того, чтобы помыть пол. Есть люди, которые готовы об этом говорить совершенно открытым текстом. И они это делают очень элегантно. Все возможно, если есть контакт, но вообще, конечно, я предпочитаю в такие вещи не лезть.

- Бывает такое, что откровения ваших гостей вас шокируют?

- Да. Меня совершенно потряс Владимир Кузьмин, который вдруг начал говорить о том, насколько он принципиально изменился с появлением жены Кати. Когда он принялся описывать предыдущего Кузьмина, который был до Кати, я ошалела, насколько он о себе нелицеприятные вещи говорил. Я рассчитывала на то, что люди будут откровенны, но вот совсем не ждала, что у них появятся слезы в глазах. Конечно, с точки зрения журналистики это классно. Но вот с точки зрения чисто человеческого общения - это большая ответственность.

- Как же с этим справиться? Прервать человека, который слишком откровенничает?

- Ни в коем случае! Если человек идет на открытый разговор, он должен отдавать себе отчет в том, что делает. И если он раскрылся, значит, обстановка в студии к этому располагала. Ведь когда снимается программа, помимо гостя и ведущего, на площадке находится как минимум еще 15 человек. Конечно, каждый из них занят своим делом, но вся эта команда является абсолютным участником действа. И если уж между вами и собеседником сложилась такая степень интимности, что человек позволяет себе говорить ранее неговоренное, значит, все идет просто отлично.

- На телевидении сейчас немало программ-интервью. Кто для вас в этом жанре эталон?

- Одно время по Ren TV показывали программы Опры Уинфри. То, что она себе позволяла перед камерой, - просто что-то невероятное. Был у нее в программе разговор о насилии в семье, и ее собеседница нервничала, плакала, и в какой-то момент, видимо, был налажен такой контакт, что Уинфри спрашивает: "Что я могу для вас сделать?" А та ей отвечает "Обнимите меня!". Вот это был настоящий момент истины без всяких кавычек. Это высший пилотаж!

- Вы готовы обнять человека перед камерой?

- Конечно! Если ему это необходимо и если ему это поможет...

- А вы позволяете себе переживать истории, которые вам рассказывают? Или все-таки есть некая дистанция?

- Здесь не может быть дистанций. Многое остается за рамками программы, уже смонтированной. Поэтому каждый раз, когда я приезжаю домой, все вываливаю на близких.

- Вы публичный человек?

- А что вы вкладываете в это понятие?

- Человек, который готов в частности откровенничать перед камерой.

- В какой-то степени, да. Это входит в рамки профессии. Если вы рассчитываете на то, что человек вам что-то о себе скажет, то вам так или иначе приходится быть для собеседника прозрачным. Другое дело, что есть какие-то вещи, которых я о себе говорить не буду.

- Какие же?

- Так вот я вам их все прямо и рассказала! Конечно, я стараюсь быть откровенной.. Хотя, скорее, стараюсь не врать. Это более точное определение.

- Вы задавали своим гостям вопросы, на которые сами бы отвечать не стали?

- Не бывает неудобных вопросов, бывают непродуманные ответы.

- Кто создает ваш телевизионный образ?

- Андрей Мановцев - главный стилист "Нины Риччи" и его команда. Все они - боги нашей красоты.

- Вы всегда довольны тем, что они с вами делают?

- Иногда бывает ощущение, что на лице слишком много грима. Но в кадре это порой не видно. Я не всегда согласна с тем, что из меня делают. Но они в этом понимают, и не мне им советовать. Правда, если мне кажется, что слишком ярко накрашены губы, я прошу это убрать.

- А каким, на ваш взгляд, должен быть образ телеведущей?

- Это сложный вопрос. Ведущая должна быть такой, чтобы зрителю, смотрящему на экран, не приходило в голову, что вот тут у нее накладные ресницы, здесь накладные локоны, а там неестественная грудь. Перегруженности не должно быть. Мне безумно нравится внешне Катя Андреева или - тетя Валя Леонтьева. Ей уже далеко не шестнадцать, но когда она появляется на экране, на зрителя сходит какой-то покой. Еще один пример: не так давно приезжала в Москву актриса Анни Жирардо, которую я просто обожаю. И вот представьте себе абсолютную бабушку, идущую по коридору, сгорбившись, ни грамма косметики на лице, и все ее прожитые годы видны. И вот она заходит в студию, садится, открывает рот... и тут меня сдувает. Какой там возраст! Это личность! Такой напор! Я задала ей вопрос, знает ли она, кого увидит с утра в зеркале. Мадам Жирардо вздохнула и сказала: "Я увижу очень немолодую усталую женщину. Но это ненадолго!" Любой человек, независимо от пола и возраста, на экране должен быть личностью.

- А программа Ренаты Литвиновой, которая идет вслед за вами, вам интересна?

- Конечно. Это отличается от того, что есть на нашем телевидении. И в этой программе, в отличие от других передач, присутствует сама персона. Это не просто "Стиль", это "Стиль от Ренаты Литвиновой" и в этом есть все плюсы и минусы ее личности.

- Что вам категорически не нравится на телевидении?

- Игры. Мне очень неприятна ситуация, в которой говорят: "Вот ты сделай нам то-то, а мы тебе конфетку дадим". Это все выглядит как-то неинтеллигентно. Единственные игры, которые у меня не вызывают раздражения, это "Своя игра" и "Что? Где? Когда?" Но там задействован интеллект. Хотя все-таки игровой формат мне чужд.