Главная
Новости
Звук
Впечатления
Ссылки
Гостевая книга
О сайте


Интернет-магазин "Озон"

Нателла БОЛТЯНСКАЯ
«Для женщины я неприлично политизирована», - говорит
она о себе. Кто-то пишет песни о любви. Она – о «Норд-Осте»
и Беслане. Не случайно же Нателла – журналистка
радиостанции «Эхо Москвы» с более чем 10-летним стажем.
Кроме того, почти год была одной из «Ночных муз» на «НТВ»
Вместе с Ренатой Литвиновой.

.



Фото Александра ЭШКИНИНА


      - Нателла, вы известны своим оппозиционным настроем по отношению к власти, к режиму. Причем с юных лет. Помните свою первую "антисоветскую" выходку?
- Ой, это было очень смешно. Я училась, наверное, классе в восьмом. В моей школе учились дети самых крутых советских чиновников. А я провела среди них политинформацию по свежему выпуску «Голоса Америки»
Тема была: "Советская власть, как и любая другая, имеет свои недостатки". Всего-то. Но результат оказался чудовищным. Честно говоря, не то чтобы отбил охоту, но я затаилась.
   - В числе значимых дат своей биографии вы указали apeст Ходорковского. Почему?
   - Вы знаете, я понимаю, что человек, делавший бизнес в постсоветском пространстве, возможно, не был идеально белым и пушистым, Но в один прекрасный момент этот человек своей волей принял решение: моя компания будет белая и прозрачная. А современному российскому государству не нужны белые компании.
Второй момент: я была на суде, была в Краснокаменске, где он сидит.
Более того, я была свидетелем на одном из процессов по этому делу. И могу сказать: это неправильно, это не по закону.
       - Это была ваша инициатива поехать к Марине Ходорковской?
    
- Мы познакомились на суде, и она произвела на меня такое впечатление! Она фантастическая женщина! Понимаешь, что ночью она, наверное, воет, потому что ее сын находится в очень опасном месте. И видишь, как она держит голову, какая у нее осанка! Я очень люблю этих людей (родителей Ходорковского. - Г.А.). Это уже личное. Я была в лицее «Кораллово». Там учатся дети пограничников, погибших, защищая родину.
Государство ведь не берет за них ответственность.
    - Значит, интервью добиваться не нужно было...
    
- Наверное, об этом неприлично говорить профессионалу, но я так и не взяла интервью. Когда мы вместе с Мариной Филипповной были в Краснокаменске, где находится колония, я делала программу на Америку. Узнав об этом, Ходорковская сама предложила дать мне интервью. Но я ей сказала: "Я вас не могу на это отдать".
     Потому, что она мне уже не чужой человек. Я прекрасно понимаю, что есть люди, которые считают, что он вор. И убеждена: мать не должна оправдываться в этой ситуации.
   - Недавно в Казань приезжали Сванидзе и Комиссаров. Ставили диагноз свободе слова. Интересно было бы услышать ваш.
 
- С одной стороны, мы видим "придушенные" оппозиционные каналы. Все каналы у нас сейчас "первые", если говорить о телевидении как самом массовом средстве влияния на сознание. С другой стороны, если брать газетную журналистику, радио, в частности, нас - "Эхо Москвы", интернет-средства, так пиши  не хочу!
В ЗО-х годах кто бы это позволил! Получается, что Васька слушает да ест. Вот это очень грустно. А диагноз такой: в сферах массового воздействия на сознание свобода слова уничтожена.
 А в сферах немассового, не то что пущена на самотек, но ей продемонстрировано: "Ребята, нам на вас плевать!"
     - Но вы же упоминаете на своем сайте, что на вас есть личная цензура…
    
- Если говорить о моей телевизионной карьере, то я понимаю, что когда утром на "Эхе Москвы" я задаю представителям власти острые вопросы, а вечером я - такая белая  и пушистая в "Ночных музах", это, наверное, неудобно. Мне было предложено сделать выбор: "Или ты на "Эхе Москвы", вся из себя свободная. Или ты на  "НТВ" , вся из себя знаменитая". Я выбрала "Эхо Москвы".
     - Вы сталкивались с журналистами, которым этот выбор не дался?
       
-Я не могу вам назвать имени – это был приватный разговор. Но однажды на корпоративном празднике прессы к нaм с мужем подошел один очень известный журналист "Первого канала". И сказал: “Ребята, я, в общем-то, нормальный, просто мне надо детей кормить”…Моя надежда и расчет на регионы.Не забуду, что когда объявили о монетизации льгот, народ в регионах пошел на площади. Когда пытались засудить человека, якобы виноватого в гибели губернатора Евдокимова, народ тоже пошел. Это в московских правоохранительных органах служат люди, приезжающие отовсюду. Возможно им плевать, в кого стрелять. В регионах служат свои. И когда напротив вашего оружия ваш сосед или одноклассница, вы подумаете, стрелять ли? Моя надежда на это. Хотя, в общем, я настроена пессимистично. Меня очень пугает та самая секретная инструкция министерства внутренних дел, о которой писала покойная Политковская. В ней говорится о том, что разрешается стрелять в случаях "массового несанкционированного скопления народа".
        -А вас не радует, что на центральных каналах стали популярны документальные расследования, в которых власть подвергается достаточно острой критике?
      
- Многие представители интеллигенции говорят, что иллюзий у них нет: Тем не менее
по центральным каналам нам показывают "Мастера и Маргариту", Солженицына, "Идиота" Достоевского, "Московскую сагу" Аксенова. Что получается? Вот вам, ребята, маленький загончик для ваших оппозиционных мыслей.
      - Вы можете назвать момент, когда сказали себе: влияние СМИ умерло?
     
- Это случалось многократно. Когда был Беслан, "Норд-Ост", "Курск"… В общем, когда нам начинали врать. Помню один репортаж на "НТВ". Показали визит президента в дом престарелых в Астраханской области. И мы увидели, как медсестра перед визитом ходит с пшикалкой-дезодорантом. Вот когда и такие вещи перестали показывать, мне стало ясно, что пресса умирает.
            - Было время, когда СМИ выступили - власть встрепенулась, что-то сделала. Сейчас такое случается редко. В вашей практике с.этим часто сталкиваетесь?
      
- У меня была такая история. Когда освободили заложников в Беслане, мне позвонил один очень известный в России психолог и сказал: "У меня есть группа российских и израильских русскоговорящих психологов, которые готовы выехать в Беслан. Свяжите меня, пожалуйста, с Дзасоховым". Я лично позвонила его помощнице Ирине, объяснила ситуацию, попросила дать людям ее телефон. Она не разрешила, взяла только телефон этого человека. Никаких контактов с профессионалами не было. Зато в Беслане был Грабовой…

 
Гузепь АХМЕРОВА